Развитие рыночной экономики объективно сопряжено с увеличением количества споров между субъектами хозяйствования и расширением круга этих споров. В современных условиях в Украине особо остро встает проблема повышения эффективности разрешения хозяйственных споров. Опыт других стран показывает, что одним из действенных механизмов разрешения споров, который способствует уменьшению загруженности государственных судов, является третейский суд или арбитраж. При этом термины «третейский суд» и «арбитраж» являются синонимами, однако традиционно термин «арбитраж» употребляется для обозначения как негосударственного органа, так и самой процедуры разрешения споров из международного торгового оборота (международный коммерческий арбитраж), а третейский суд - для обозначения органа разрешения споров из внутриторгового оборота (национальный арбитраж).
В 1994 г. был принят Закон Украины «О международном коммерческом арбитраже», однако в отношении национального арбитража до сих пор действует законодательство СССР, которое неадекватно регулирует отношения, складывающиеся в рыночной системе хозяйствования. В связи с этим возникает насущная необходимость в проведении сравнительно-правовых исследований законодательства о третейском судопроизводстве различных стран и разработке на основе данных этих исследований нового украинского законодательства.
Одним из важных вопросов правового регулирования третейского судопроизводства является обеспечение защиты прав субъектов хозяйствования в третейском судопроизводстве. По сравнению с государственными судами, в третейском судопроизводстве существует иная система гарантий защиты прав сторон.
В судебном разбирательстве права сторон обеспечиваются детальными правилами процедуры; законодательными гарантиями независимости судей; правом отвода судей; дисциплинарной ответственностью судей; принципами состязательности, публичности, гласности и полного фиксирования процесса техническими средствами; правом обжалования решения суда в аппеляционную и кассационную инстанции и др.
В третейском судопроизводстве большинство из указанных выше гарантий отсутствует, что объясняется уникальной правовой природой третейского суда, которая объединяет в себе как договорные, так и процессуальные начала. С одной стороны, третейский суд является негосударственным органом, образованным по решению самих сторон, третейские судьи выбираются сторонами, так же как и применимое право, язык, место разбирательства и сама процедура рассмотрения дела. С другой стороны, третейское разбирательство напоминает судебное: решение третейского суда является обязательным для сторон; третейские судьи обязаны беспристрастно и объективно рассмотреть дело; решение третейского суда может быть исполнено в принудительном порядке государственными органами.
Таким образом, договорные и процессуальные элементы природы третейского суда находятся в определенном соотношении, взаимосвязаны и взаимодополняют друг друга. Однако только путем закрепления в третейском судопроизводстве гарантий прав сторон, аналогичных гарантиям в судебном процессе, невозможно добиться такого же уровня справедливого процесса и защиты прав сторон, как и в государственном суде. Если это будет сделано, договорная природа третейского суда будет нивелирована, и этот негосударственный орган превратится в придаток судебной системы. В связи с этим практика зарубежных стран выработала ряд специфических гарантий прав сторон в третейском судопроизводстве, имеющих императивный характер и обеспечивающихся принудительной силой государства. Эти гарантии не нарушают основного принципа третейского судопроизводства — принципа автономии воли сторон и в то же время обеспечивают достаточный уровень защиты прав и законных интересов сторон спора. К таким гарантиям относятся:
1) проверка судом третейского соглашения на стадии инициации третейского разбирательства;
2) установленные законом минимальные требования к третейским судьям и третейскому разбирательству;
3) право обжалования решения третейского суда в государственный суд;
4) проверка решений третейского суда государственными судами в ходе принудительного исполнения.
Рассмотрим механизм осуществления каждой из указанных выше гарантий.
Первой гарантией прав сторон является проверка судом третейского соглашения на стадии инициации третейского разбирательства. Принцип признания государством третейских соглашений, закрепленный в ст. II Нью-Йоркской конвенции «О признании и приведении в исполнение решений иностранных арбитражей» 1958 г. (далее - Нью-Йоркская конвенция), обязывает государственные суды признавать соглашения, исключающие юрисдикцию этих государственных судов в пользу негосударственных органов - третейских судов. Иными словами, в случае, если одна сторона подает иск в государственный суд, а другая требует прекращения судебных процедур на основании наличия третейского соглашения между сторонами, суд должен прекратить разбирательство и передать дело на рассмотрение третейского суда. Единственным исключением из данного правила является признание судом третейского соглашения недействительным, утратившим силу или таким, которое не может быть исполнено (ст. II.2. Нью-Йоркской конвенции, статья 8(1) Типового закона ЮНСИТРАЛ «О международном коммерческом арбитраже» (далее - Типовой закон ЮНСИТРАЛ)). Аналогичная процедура передачи дела в третейский суд и проверки третейского соглашения закреплена и в отношении национального арбитража законодательством многих стран (Гражданско-процессуальный кодекс Нидерландов, ст. 1022; Федеральный арбитражный акт США, ст. 3; Судебный кодекс Бельгии, ст. 1679; Закон Китайской Народной Республики «Об арбитраже», ст. 26; Арбитражный акт Англии, ст. 9; Гражданско-процессуальный кодекс Франции, ст. 1458; Гражданско-процессуальный кодекс Германии, ст. 1032).
Указанные минимальные контролирующие функции судов в отношении третейских соглашений позволяют своевременно, на ранней стадии, обнаружить дефекты в третейском соглашении, тем самым защитить право ответчика на обращение в суд и избежать расходов с его стороны на рассмотрение дела в третейском суде и на различного рода меры по отмене его решения.
Ко второй гарантии прав сторон в третейском разбирательстве относятся требования к самим третейским судьям и их поведению в ходе разбирательства. В законодательстве о третейских судах многих зарубежных стран содержится требование к третейскому судье быть независимым и беспристрастным, в том числе и от стороны, его назначившей (Судебный кодекс Бельгии, ст. 1690; Арбитражный акт Англии, ст. 24 (1); Гражданско-процессуальный кодекс Нидерландов, ст. 1033; Гражданско-процессуальный кодекс Германии, ст. 1036 (2)). Арбитражный акт Англии 1996 г. в ст. 33 (1) закрепляет обязанность третейских судей «действовать честно и беспристрастно по отношению к сторонам, обеспечивая каждой стороне возможность представить доказательства по делу, избегать промедления и расходов».
Обоснованные сомнения в отношении непредвзятости или независимости третейского судьи являются основаниями для его отвода любой стороной (Типовой закон ЮНСИТРАЛ, ст. 12). Кроме того, беспричинная задержка в вынесении решения, неспособность вести процесс должным образом или невыполнение других функций также может быть основанием отвода третейского судьи (Арбитражный регламент Международной торговой палаты, ст. 11; Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ, статьи 13 (2), 15 (1); Арбитражный акт Англии, ст. 24 d).
В связи с недостаточностью обеспечения процедуры отвода средствами третейского разбирательства, в нормативных актах большинства зарубежных стран предусмотрено право на обращение в государственный суд за отводом третейского судьи после исчерпания всех возможностей, предоставленных третейским разбирательством. В законодательстве о третейских судах различных стран закреплена двух- или трехступенчатая процедура отвода арбитров. В случае, когда одной из сторон заявлено ходатайство об отводе третейского судьи, он должен взять самоотвод или прекратить участие в разбирательстве, если обе стороны договорились о его отводе. Если это не произойдет, то решение об отводе принимают оставшиеся члены третейского суда. Если и это решение не удовлетворит сторону, подавшую ходатайство об отводе, либо третейский судья рассматривает дело единолично, то сторона может обратиться в орган, указанный в законе или регламенте постоянно действующего третейского суда.
Как правило, органом, который выносит окончательное решение об отводе третейского судьи, не подлежащее обжалованию, является государственный суд в соответствии с подведомственностью спора (Судебный кодекс Бельгии, ст. 1691; Арбитражный акт Англии, ст. 24 (2); Гражданско-процессуальный кодекс Франции, ст. 1463; Гражданско-процессуальный кодекс Германии, ст. 1037; Гражданско-процессуальный кодекс Нидерландов, ст. 1033). Данная норма носит диспозитивный характер, и поэтому в регламентах постоянно действующих третейских судов может быть указан другой орган, как правило, высший орган организации, администрирующей третейское разбирательство, например, Международный арбитражный суд при Международной торговой палате (Арбитражный регламент Международной торговой палаты, ст. 11).
Третьей гарантией прав сторон в третейском разбирательстве является право сторон обжаловать решение третейского суда в государственный суд. Это право закреплено в большинстве национальных законов о третейских судах (Арбитражный акт Англии, ст. 68; Гражданско-процессуальный кодекс Нидерландов, ст. 1064; Федеральный закон Швейцарии «О международном частном праве», статьи 190-191; Федеральный арбитражный акт США, ст. 10; Закон КНР «Об арбитраже», ст. 58; Гражданско-процессуальный кодекс Франции, ст. 1484; Гражданско-процессуальный кодекс Германии, ст. 1059; Закон об арбитраже и посредничестве Индии, ст. 34. Несмотря на то, что в последнее время автономная концепция природы арбитража или концепция делокализации (в которую входит, в частности, положение о том, что национальные суды не могут вмешиваться в деятельность третейских судов и тем более отменять их решения) приобретает все больше последователей, практическое воплощение этих идей не прошло испытание временем. Так, Бельгией был проделан эксперимент, а именно: отменено право сторон на обжалование решений арбитража в государственных судах Бельгии в спорах из внешнеторгового оборота (ст. 1717 Бельгийского судебного кодекса). Это положение, по мнению законодателя, должно было резко ограничить вмешательство суда в третейское разбирательство и тем самым привлечь большее количество дел, рассматриваемых на территории Бельгии, а значит, увеличить доходы бельгийских арбитров. В первое время после этого решения Бельгию даже называли «раем для международного коммерческого арбитража». Однако ожидания не оправдались - количество дел, наоборот, уменьшилось из-за боязни сторон остаться без каких бы то ни было судебных гарантий защиты своих прав. В 1998 г. это положение было отменено и стороны опять получили право обжаловать решения арбитража по всем категориям дел (статьи 1704 и 1706 Бельгийского судебного кодекса), от которого они могут отказаться, заключив так называемое исключающее соглашение (ст. 1717 (3) Бельгийского судебного кодекса).
Этот отрицательный опыт не был принят во внимание российскими законодателями, которые во Временном положении Российской Федерации о третейском суде для разрешения экономических споров 1992 г. все-таки отменили право сторон обжаловать решение третейского суда в государственном суде. Практиками уже высказывалось мнение о необходимости внести эту норму в законодательство о третейских судах.
Логический анализ показывает, что невозможность обжалования решений третейских судов ставит в неравные условия истцов и ответчиков в третейском разбирательстве. В то время, когда ответчик может подать заявление об отмене решения третейского суда в ходе принудительного исполнения этого решения, истец, чей иск не был удовлетворен третейским судом, остается вообще без какой-либо защиты своих прав, поскольку исполнять в этом случае нечего.
Вопрос о том, по каким основаниям можно отменить либо изменить решения третейских судов, должен решаться исходя из смешанной концепции природы третейского суда. Основным принципом при отмене решений третейского суда государственными судами является недопустимость пересмотра решений по существу, а только по основаниям процессуального характера. Единственным исключением из этого правила может быть так называемая доктрина «второго просмотра» («second look»). В соответствии с этой концепцией решение третейского суда может быть пересмотрено по существу только в одном случае - если оно противоречит публичному порядку государственного суда. В связи с вышесказанным список оснований отмены решений третейских судов должен быть исчерпывающим и не допускающим расширенного толкования. При этом неправильное применение третейскими судьями норм материального права не может влиять на действительность решения третейского суда, если оно не противоречит основам правопорядка, т. е. публичному порядку.
Самым признанным списком оснований отмены решений третейского суда является ст. 34 Типового закона ЮНСИТРАЛ, который совпадает с основаниями неисполнения решений арбитража государственными органами, указанными в ст.V Нью-Йоркской конвенции (Типовой закон ЮНСИТРАЛ принят за основу законодательства об арбитраже в 25 странах мира, а Нью-Йоркская конвенция ратифицирована более чем 120 государствами). Основания отмены решений арбитража в этих документах делятся на две группы. Первая - основания, по которым дело рассматривается судом при наличии ходатайства стороны, против которой вынесено решение арбитража (недееспособность сторон; недействительность арбитражного соглашения; неуведомление должным образом сторон о назначении арбитра или об арбитражном разбирательстве и др.). Вторая - основания, по которым суд вправе отменить решение арбитража без ходатайства сторон. Их только два - объект спора не может быть предметом арбитражного разбирательства и решение противоречит публичному порядку.
В национальных законах о третейских судах в основном содержатся указанные выше основания с некоторыми вариациями. Так, в Арбитражном акте Англии 1996 г. кроме указанных выше оснований добавлены следующие: третейский суд не рассмотрел всех вопросов, которые были указаны сторонами в исковом заявлении (ст. 68 (2d)), арбитры вынесли неопределенное и неоднозначное решение (ст. 68 (2f)), не была соблюдена форма решения (ст. 68 (2h)). Кроме оснований процессуального характера Арбитражный акт Англии допускает пересмотр решения третейского суда по существу в вопросе права (но не определения фактов) и отмену, изменение решения третейского суда или передачу его на повторное рассмотрение в тот же третейский суд (ст. 69). При этом устанавливается ряд серьезных ограничений для пересмотра решения третейского суда по существу, что фактически сводит его к пересмотру по основаниям публичного порядка (концепция «второго просмотра»).
Четвертой гарантией защиты прав сторон в третейском разбирательстве является проверка решений третейского суда государственными судами в ходе принудительного исполнения (экзекватура). Основания неисполнения решений третейских судов в ряде стран сужены по сравнению с основаниями обжалования решений третейских судов и сведены преимущественно к основаниям противоречия публичному порядку (Судебный кодекс Бельгии, ст. 1710; Гражданско-процессуальный кодекс Германии, ст. 1060; Гражданско-процессуальный кодекс Нидерландов, ст. 1063) или отсутствия у третейского суда юрисдикции (Арбитражный акт Англии, ст. 66 (3)). В то же время Типовой закон ЮНСИТРАЛ, отражающий современные тенденции развития законодательства о третейских судах, устанавливает единые основания отказа в исполнении решений третейских судов и их отмены в порядке обжалования. Это позволяет достичь единого режима отмены решений третейских судов на всех стадиях и обеспечить высокий уровень защиты прав сторон в третейском разбирательстве.
В вопросе об исполнении решений третейских судов особого внимания заслуживает порядок принудительного исполнения. Основополагающими принципами третейского судопроизводства являются окончательность и обязательность решения третейского суда для сторон, а также добровольность его исполнения. Несмотря на то, что большинство решений третейских судов действительно исполняются добровольно, ни одна правовая система в мире не отрицает возможность принудительного исполнения решений третейских судов.
В нормативных актах о третейских судах таких стран, как США, Франция, Германия, Бельгия, Нидерланды, Китай, Россия, предусмотрен порядок исполнения решений третейских судов через государственные суды. Сторона, в пользу которой вынесено решение третейского суда, обращается в государственный суд в соответствии с подсудностью, предоставляет соответствующие документы (третейское соглашение, решение третейского суда), суд проверяет это решение на предмет отсутствия оснований для отказа в исполнении. Если таковых не окажется, суд выдает приказ либо другой исполнительный документ, на основании которого производится принудительное исполнение. При этом суд обязан известить все стороны о предстоящем рассмотрении вопроса о принудительном исполнении решения третейского суда и обеспечить всем сторонам возможность предоставить свои возражения по поводу исполнения решения третейского суда, что гарантирует право сторон на справедливый процесс.
Проанализировав законодательство зарубежных стран, можно сделать вывод о том, что третейский суд как негосударственный орган нуждается в принудительной силе государства для обеспечения должных гарантий прав сторон в третейском судопроизводстве, таких как проверка судом третейского соглашения на стадии инициации третейского разбирательства, отвод третейских судей, обжалование решений третейского суда и проверка решения третейского суда государственным судом в ходе принудительного исполнения. Закрепление указанных гарантий в проекте Закона Украины «О третейских судах (арбитражах)» позволит обеспечить необходимый уровень защиты прав и законных интересов сторон спора, что в конечном итоге будет способствовать развитию системы третейского судопроизводства в Украине.
