Композиция и поэтика в "Божественной комедии" Данте Алигьери

Вступление

«Божественная комедия» представляет собой грандиозный итог творческого пути Данте Алигьери. В этом произведении сконцентрировался весь жизненный опыт автора, всё, что долгие годы формировало его душу, питало интеллект и художественный дар. Проникновенная лирика «Новой жизни», философские размышления «Пира», патриотические идеи трактатов «О народном красноречии» и «О монархии» — всё это нашло отражение в «Божественной комедии», слившись в единый величественный сплав и обретя новую глубину и масштаб.

Следуя данному когда-то обещанию, Данте посвятил поэму Беатриче. В «Комедии» её образ предстаёт как светлое воспоминание о великой и единственной любви, о её чистоте и вдохновляющей мощи. В этом образе поэт отразил собственные устремления к истине и нравственному совершенству.

Однако Беатриче — это образ-символ, образ-идея. Рядом с воспоминанием об умершей возлюбленной в поэме возникает иной образ — живой, полный трепета и реальности. Это образ родины поэта — Италии.

Вклад Данте в мировую культуру огромен. Его мощный талант подпитывал политическую, научную и художественную мысль Возрождения. Влияние этого гения ощущалось и в последующие столетия. Будучи поэтом переходной эпохи, ещё тесно связанным со средневековьем, он вместе с тем стал великим основоположником реализма, проложив дорогу литературе больших идей, высокого гражданского пафоса и гуманизма. Собственным примером он призывал писателей к гражданскому подвигу в искусстве, доказывая, что опора на народные традиции — источник силы и жизнеспособности литературы. Он обогатил поэзию целым миром новых художественных образов, настолько ярких и правдивых, что и спустя столетия мировая поэзия продолжает черпать из этого источника.

Силу его искусства испытали на себе великие писатели: Милтон, Байрон, Гёте, Пушкин, вдохновляясь образами его поэмы.

Не менее значительным было воздействие его поэзии на изобразительное искусство Нового времени — живопись и скульптуру. Искусство средневековья было двухмерным, плоскостным и статичным. Оно не знало перспективы, исходило не из многообразия форм и красок природы, а из условных схем и символов. Данте же в своей поэме рисовал необъятные просторы вселенной, передавая её глубину и пространство. Он создал пространственный пейзаж, сияющий всеми красками природы, чего тогда ещё не умели делать художники. С невероятной щедростью он рассыпал пейзажи по песням своей «Комедии», и каждый раз природа предстаёт в новом обличье, поражая бесконечным разнообразием красок и форм. Поэт изображал горы, леса, реки, луга, равнины, бурный вал адского водопада, мрачные Стигийские болота, суровые горные кряжи чистилища, а затем и чарующий образ Леты — волшебной реки забвения с её «мелким трепетом волны», «тенистый и живой» лес земного рая и зелёные луга.

Замечательным было и искусство портрета у Данте. Одним-двумя взмахами могучей кисти поэт создавал пластически завершённые образы, полные жизни и движения, которые и сегодня, спустя века, поражают силой психологической выразительности. Неслучайно для художников «Божественная комедия» стала настоящим откровением, подлинной школой реалистического мастерства. Величайшие живописцы и ваятели мира — от Микеланджело и Рафаэля до Огюста Родена — учились по ней принципам передачи движения, черпали из неё образы для своего творчества.

Неиссякаемую жизнеспособность традиции Данте в искусстве в наши дни продемонстрировал выдающийся итальянский художник, мужественный борец за мир Ренато Гуттузо на примере своего недавно завершённого цикла рисунков к «Божественной комедии». В картинах «Ада» и «Чистилища» Гуттузо воплотил острые проблемы современности, создав яркий образец злободневного, политически заострённого искусства.

1. Композиция и сюжет «Божественной комедии»

В удивительно стройной композиции «Божественной комедии» проявился рационализм творчества, сформировавшегося в атмосфере новой буржуазной культуры.

Поэма построена с чрезвычайной симметричностью. Она делится на три части, каждая из которых состоит из 33 песен и завершается словом Stelle, то есть «звёзды». Таким образом, всего получается 99 песен, которые вместе с вводной песней составляют число 100. Поэма написана терцинами — строфами из трёх строк. Эта приверженность определённым числам объясняется тем, что Данте придавал им мистическое значение: число 3 связано с христианской идеей Троицы, число 33 должно напоминать о годах земной жизни Иисуса Христа и т.д.

Беатриче и Италия — два полюса «Комедии», два её основных плана: нравственные искания поэта неотделимы от его мечтаний о возрождении родины. Созданная в эпоху великого исторического перелома, «Божественная комедия» отразила ожесточённую схватку двух миров, двух идеологий, двух культур. Старое и новое, архаичное и передовое, традиционное и новаторское причудливо переплелись в ней. И всё это находится в брожении, становлении, борьбе. Старое рассыпается на глазах, даёт трещину за трещиной, а новое выступает ещё в ветхих одеждах средневековой схоластики. Но страстная, ищущая мысль поэта одну за другой срывает обветшалые одежды, разрывает оковы богословской догматики, рушит старые каноны и выходит на широкие просторы нового реалистического искусства.

Сюжет поэмы Данте типично средневековый. Это схоластическая аллегория, изображающая «хождение по мукам» — путь человеческой души от греха к праведности, от заблуждений земной жизни к истине богопознания. Именно этим сюжетным замыслом обусловлено название поэмы: Данте назвал её «комедией», поскольку в его время так именовали произведения с мрачным началом и светлой, оптимистической развязкой. Что касается эпитета «божественная», то он появился позднее: его дало «комедии» потомство, выразив тем самым восхищение поэтическим совершенством бессмертного творения Данте.

«Комедия», написанная в средневековом жанре «видения», начинается с картины дремучего леса, в котором заблудился поэт. В лесной чаще Данте окружают хищные звери — лев, пантера, волчица. Поэту грозит гибель. И тут внезапно перед ним появляется старец, который отгоняет зверей и выводит его из опасной чащи. Этот старец — великий римский поэт Вергилий. Его послала Беатриче, чья душа обитает в раю. Оттуда, с райских высот, умершая возлюбленная увидела опасность, угрожающую Данте. Вергилий предлагает Данте следовать за ним и ведёт его по загробному миру. Они проходят через ад и чистилище, где видят мучения осуждённых грешников, и поднимаются к вратам рая, где Вергилий покидает Данте. На его место приходит Беатриче. Она ведёт Данте дальше, через райские сферы, где они созерцают блаженство праведников на небесах. Возносясь всё выше и выше, они достигают божественного престола, где поэту предстаёт образ самого Бога.

Лесная чаща, в которой заблудился поэт, — это аллегория жизненных катастроф и нравственных падений человека. Хищные звери — гибельные человеческие страсти. Вергилий — земная мудрость, направляющая человека к добру. Беатриче — божественная мудрость, ведущая к нравственному очищению и постижению истины. Путь духовного возрождения человека лежит через осознание своей греховности (странствия по аду) и искупление этих грехов (путь через чистилище), после чего душа, очищенная от скверны, попадает в рай.

Сложная католическая символика пронизывает всю «Комедию», проникая во все её образы и мотивы. Каждый образ несёт двойной, а то и множественный смысл. Автор вводит в поэму мистические эпизоды, таинственные видения, вещие сны, пророчества, знамения. Композиция поэмы основана на сложной, мистической игре чисел 3, 7, 10 и их сочетаний. Магии этих чисел поэт придаёт особый, тайный смысл. Наибольшее значение Данте придаёт числу 3, которое положено в основу всей композиционной схемы «Комедии». Поэма делится на три части: «Ад», «Чистилище», «Рай». В каждой части тридцать три песни (всего, вместе с первой, вступительной — сто песен). Принцип троичного членения выдержан и в стихотворном размере: «Комедия» написана терциной — трёхстрочной строфой.

Те же традиции средневековой богословской мысли подсказали Данте архитектонику изображённого в поэме загробного мира. Следуя традиционной богословской схеме мироздания, Данте изображает ад как огромную воронку, уходящую к центру земли. Ад разделён на девять концентрических кругов. Чистилище — окружённая морем гора с семью уступами. В согласии с католическим учением о посмертных судьбах людей, Данте изображает ад как место наказания нераскаявшихся грешников. В чистилище находятся грешники, успевшие покаяться перед смертью. После очистительных испытаний они переходят из чистилища в рай — обитель чистых душ. Тонко разрабатывая типологию человеческих пороков, он отводит каждому чёткое, точно определённое место в соответствующих кругах ада или чистилища.

Мысль о создании большого эпического полотна, которое объяло бы прошлое и настоящее, сочеталобы миф и историю, могла быть навеяна поэту Вергилиевой «Энеидой», в которой Данте видел высокий образец поэтического совершенства. Однако, задумав создать эпопею, Данте не пошёл путём копирования античного образца, а обратился к литературным формам своего времени, синтезируя и перерабатывая различные жанры — повествовательные и драматические — и одновременно широко и свободно черпая из народного творчества, вводя образы, формы, приёмы из народной поэзии, что придало неповторимое своеобразие всей структуре поэмы, её образам, её стихотворному размеру.

Близость Данте к поэтическому мышлению народа сказалась также в характере изображения загробного мира. Не традиционные образы канонической церковной литературы, а народные апокрифические «видения» и легенды питали Дантову картину потустороннего мира.

У Данте христианская мифология перемешана с языческой. Унылая картина христианской обители мёртвых расцвела поэтической фантазией, засветилась невиданными красками. В царство средневековой аскетической догмы ворвалась нетленная красота античного искусства.

Поэт исполнен восхищения перед культурой античного мира. Он открывает в ней неисчерпаемый кладезь красоты и мудрости, что ярко сказалось в символической фигуре Вергилия. Это он, мудрый язычник, а не традиционный ангел христианских легенд, ведёт Данте к познанию истины. Подобное отношение к античности, недоступное средневековому мыслителю, делает Данте прямым предшественником гуманистов Возрождения.

Замысел своей поэмы Данте изложил в письме к правителю Вероны — Кан Гранде делла Скала, которому он посвятил III часть «Комедии». Он писал, что поэма написана не для созерцательных целей, а для действия, и цель её — вырвать людей, живущих в настоящее время, из состояния злополучия и привести их к состоянию счастья. Этот путь к «состоянию счастья» поэт не мыслил себе вне сплочения итальянского народа единой культурой. Поэт включил в свою поэтику необъятный учёный — поистине энциклопедический — материал по всем отраслям средневекового знания. Всё, чем он владеет, всё, накопленное долгими годами упорного труда и напряжённой работы мысли, поэт хочет сделать достоянием своего народа.

Но не только сумму схоластических знаний — мёртвый груз веков — желает автор передать людям; он стремится просветить их всем опытом истории и дать им познание живой действительности, чтобы призвать к борьбе за её изменение.

Так поэма, насыщенная схоластической учёностью, наполняется реальным содержанием. Поэт пишет летопись итальянской жизни: пусть каждый итальянец знает всё о своей родине — её прошлое и настоящее, пусть станет очевидцем и судьёй её борьбы и бедствий, её побед и поражений, пусть поймёт, какие преграды лежат на его пути к мирной, счастливой жизни. История, воплощённая в человеческих судьбах, оживает под пером Данте. Царство мёртвых поэт населил несметными толпами теней, но он дал им плоть, кровь, человеческие страсти, и обитатели загробного мира стали неотличимы от тех, кто живёт на земле.

Как и все летописцы его времени, Данте ещё не отделяет историю от мифа, факт от вымысла. Рядом со своими современниками он изображает в поэме исторические личности, героев библейских преданий или литературных произведений. Но обилие исторического и легендарного материала не уводит поэта от его замысла — показать реальный ход итальянской жизни. Данте убеждён, что образы «тех, о ком жива молва», послужат впечатляющим примером, сделают наглядной его мысль, лучше донесут до читателя замысел поэмы.

От песни к песне разворачивается в поэме трагический свиток итальянской истории: городские коммуны в огне гражданских войн; вековая вражда гвельфов и гибеллинов, прослеженная от самых её истоков; вся история флорентийской распри «белых» и «чёрных» — с момента её зарождения вплоть до дня, когда поэт стал бездомным изгнанником... Пламенная, негодующая страсть неудержимо рвётся из каждой строки. В царство теней поэт принёс всё, что сжигало его в жизни, — любовь к Италии, непримиримую ненависть к политическим противникам, презрение к тем, кто обрёк его родину на позор и разорение. В поэме встаёт трагический образ Италии, увиденной глазами скитальца, исходившего всю её землю, опалённую огнём кровопролитных войн.

Поэт говорит от лица всего итальянского народа. Италия обездоленных, обманутых, порабощённых впервые обрела голос в жгучих образах Дантовых терцин. Набатным гулом разносились они по стране, будили спящих и равнодушных, поднимали отчаявшихся и звали Италию на битву с силами раздора и разрушения.

Поэт гневно обличал сильных мира, преступных земных властителей, разжигавших войны и сеявших опустошение и гибель. В 7-м кругу ада, там, где клокочет «жгучий Флегетон» — река, несущая вместо вод потоки кипящей крови, он собрал военных преступников разных времён и народов, которые мечутся в кровавом зареве адской реки.

Первая часть поэмы («Ад») создавалась в годы, когда в памяти Данте были ещё свежи события флорентийской распри «белых» и «чёрных» гвельфов, и её мрачные и грозные отзвуки заполняют всю кантику. Воскрешая трагические эпизоды борьбы в коммунах, поэт приходит к отрицанию всего строя городских республик, который неспособен обеспечить гражданам закон и справедливость, защитить их свободу и жизнь.

«Божественная комедия» запечатлела своеобразие классовой борьбы средневековья, которая, переплетаясь с борьбой религиозной, выступала нередко в форме ересей. За церковными расколами, за еретическими движениями того времени скрывался острый, непримиримый антагонизм социальных сил, борьба классов, политических партий, лагерей, групп. Это своеобразие получило образное выражение в эпизодах 8-го круга ада, где вместе с виновниками религиозных расколов автор поместил и сеятелей политических распрей, назначив всем им одну и ту же казнь. Она символична: те и другие терзали и дробили тело родной земли, а ныне адские демоны рвут и рассекают на части их тела.

Но выступая против церковных расколов, обрекая на адские муки еретиков, Данте ещё более беспощадно судил и господствующую римско-католическую церковь. Разоблачение папства стало одной из ведущих тем «Божественной комедии». В ней нашёл отражение всенародный протест против антинациональной политики папской власти, ненависть народа к паразитизму и стяжательству католического духовенства.

Пап и кардиналов Данте поместил в ад, среди лихоимцев, обманщиков, изменников. В Дантовых обличениях папства рождались традиции антиклерикальной сатиры эпохи Возрождения, которая станет разящим оружием гуманистов в борьбе против авторитета католической церкви. Недаром церковная цензура то и дело подвергала запрету отдельные части «Божественной комедии», и по сей день многие её стихи вызывают ярость Ватикана.

2. Мировоззрение поэта в поэме

Называя свою поэму «комедией», Данте пользуется средневековой терминологией: комедия, как он поясняет в письме к Кангранде, — всякое поэтическое произведение среднего стиля с устрашающим началом и благополучным концом, написанное на народном языке; трагедия — всякое поэтическое произведение высокого стиля с восхищающим и спокойным началом и ужасным концом. Слово «божественная» не принадлежит Данте, так поэму позже назвал Джованни Боккаччо. «Божественная комедия» — плод всей второй половины жизни и творчества Данте. В этом произведении с наибольшей полнотой отразилось мировоззрение поэта. Данте выступает здесь как последний великий поэт средних веков, поэт, продолжающий линию развития феодальной литературы, впитавший однако в себя некоторые черты, типичные для новой буржуазной культуры раннего Ренессанса.

По форме поэма — загробное видение, каких было много в средневековой литературе. Как и у средневековых поэтов, она держится на аллегорическом стержне. Так дремучий лес, в котором поэт заблудился на полпути земного бытия, — символ жизненных осложнений. Три зверя, которые там на него нападают: пантера, лев и волчица — три самые сильные страсти: чувственность, властолюбие, жадность. Этим аллегориям даётся также политическое истолкование: пантера — Флоренция, пятна на шкуре которой должны обозначать вражду партий гвельфов и гибеллинов. Лев — символ грубой физической силы — Франция; волчица, алчная и похотливая — папская курия. Эти звери угрожают национальному единству Италии, о котором мечтал Данте, единству, скреплённому господством феодальной монархии (некоторые историки литературы дают всей поэме Данте политическое толкование). От зверей спасает поэта Вергилий — разум, посланный к поэту Беатриче (богословием — верой). Вергилий ведёт Данте через ад в чистилище и на пороге рая уступает место Беатриче. Смысл этой аллегории тот, что человека от страстей спасает разум, а знание божественной науки доставляет вечное блаженство.

«Божественная комедия» проникнута политическими тенденциями автора. Данте никогда не упускает случая посчитаться со своими идейными, даже и личными врагами; он ненавидит ростовщиков, осуждает кредит как «лихву», осуждает свой век как век наживы и сребролюбия. По его мнению, деньги — источник всяческих зол.

Тёмному настоящему он противопоставляет светлое прошлое, Флоренции буржуазной — Флоренцию феодальную, когда господствовала простота нравов, умеренность, рыцарское «вежество» («Рай», рассказ Каччагвиды), феодальную империю (ср. трактат Данте «О монархии»). Терцины «Чистилища», сопровождающие появление Сорделло (Ahi serva Italia), звучат как настоящая осанна гибеллинизму. К папству как к принципу Данте относится с величайшим почтением, хотя отдельных представителей его, особенно тех, которые способствовали упрочению в Италии буржуазного строя, ненавидит; некоторых пап Данте встречает в аду.

Его религия — католичество, хотя в неё вплетается уже личный элемент, чуждый старой ортодоксии, хотя мистика и францисканская пантеистическая религия любви, которые принимаются со всей страстью, тоже являются резким отклонением от классического католицизма. Его философия — богословие, его наука — схоластика, его поэзия — аллегория. Аскетические идеалы в Данте ещё не умерли, и тяжким грехом почитает он свободную любовь (Ад, 2-й круг, знаменитый эпизод с Франческой да Римини и Паоло). Но не грех для него любовь, которая влечёт к предмету поклонения чистым платоническим порывом (ср. «Новую жизнь», любовь Данте к Беатриче). Это — великая мировая сила, которая «движет солнце и другие светила». И смирение уже не есть безусловная добродетель. «Кто в славе сил не обновит победой, не вкусит плод, добытый им в борьбе». И дух пытливости, стремление раздвинуть круг знаний и знакомство с миром, соединяемое с «добродетелью» (virtute e conoscenza), побуждающее к героическим дерзаниям, — провозглашается идеалом.

3. Анализ поэтики в «Божественной комедии»

Своё видение Данте строил из кусков реальной жизни. На конструкцию загробного мира пошли отдельные уголки Италии, которые размещены в нём чёткими графическими контурами. И в поэме разбросано столько живых человеческих образов, столько типичных фигур, столько ярких психологических ситуаций, что литература ещё и сейчас продолжает черпать оттуда. Люди, которые мучаются в аду, несут покаяние в чистилище (причём объёму и характеру греха соответствует объём и характер наказания), пребывают в блаженстве в раю, — все живые люди. В этих сотнях фигур нет и двух одинаковых. В этой огромной галерее исторических деятелей нет ни одного образа, который не был бы огранён безошибочной пластической интуицией поэта. Недаром Флоренция переживала полосу такого напряжённого экономического и культурного подъёма. То острое ощущение пейзажа и человека, которое показано в «Комедии» и которому мир учился у Данте, — было возможно только в социальной обстановке Флоренции, далеко опередившей остальную Европу. Отдельные эпизоды поэмы, такие, как Франческа и Паоло, Фарината в своей раскалённой могиле, Уголино с детьми, Капаней и Улисс, ни в чём не похожие на античные образы, Чёрный Херувим с тонкой дьявольской логикой, Сорделло на своём камне, по сей день производят сильное впечатление.

Своё «видение» загробных сфер Данте строил, черпая образы, краски, звучания из мира живой природы. В обитель мёртвых поэт принёс своё восприятие жизни как вечного, неуёмного движения, океана звуков и красок. Жизнь врывается в адскую бездну вихревым потоком, оглушает гулом, криками, всплесками ярости, отчаяния, боли. Всё здесь гудит, несётся, клокочет. Воет адский вихрь, кружа в густом мраке души сладострастников (2-й круг ада). Вечно мчатся, не смея и на миг остановиться, «ничтожные» в преддверии ада. Бегут по адскому кругу насильники с такой быстротой, что «ноги их кажутся крылами». Текут двойным встречным потоком обольстители и сводники. Мечется снежная вьюга, пляшет огненный дождь, клокочет река Флегетон и, воя, обрушивается на дно преисподней.

Но есть в глубинах адской бездны страшная обитель тишины. Там вечный мрак и неподвижность смерти. То круг изменников, предателей. Страна жгучего холода. Вечная мерзлота, где мёртвым зеркалом блещет ледяное озеро Коцит, зажав в своей остекляневшей глади вмёрзшие тела.

Всю безмерность своего презрения к предательству, к измене излил поэт в картине этой страшной казни — казни холодом, мраком, мёртвой пустыней. Он собрал здесь все разновидности позорного порока. Предатели родины, предатели родных, близких, друзей, предавшие тех, кто им доверился... Холодные души, мёртвые ещё при жизни. Им нет пощады, нет облегчения, им даже не дано выплакать свою муку, потому что их слёзы замерзают.

Но муки предателей не трогают поэта. Зато какие вдохновенные, какие гордые слова находит Данте, чтобы воспеть красоту и величие гражданского подвига! В 10-й песне «Ада» он создал героический образ флорентийского патриота — Фаринаты дельи Уберти, человека, чья преданность родине возвысила его над политической враждой и личными мстительными чувствами. Фарината был вождём гибеллинов. Когда в исторической битве при Монтаперти его партия одержала победу над гвельфами и гибеллинские вожди постановили разрушить Флоренцию — оплот гвельфизма, Фарината поклялся уничтожить каждого, кто посягнёт на его родной город, и его мужество спасло Флоренцию.

В «Божественной комедии» видны проблески нового взгляда на этику и мораль. Продираясь сквозь глухую чащу богословской казуистики, Данте движется к пониманию соотношения этического и социального. Тяжеловесные схоластические рассуждения философских частей поэмы то и дело озаряются вспышками смелой реалистической мысли. Стяжательство Данте именует «жадностью». Мотив обличения жадности звучал и в народной сатире, и в обличительных проповедях низшего духовенства. Но Данте не только обличает. Он старается осмыслить социальное значение и корни этого порока. «Матерью нечестья и позора» называет Данте жадность. Жадность несёт жестокие социальные бедствия: вечные распри, политическую анархию, кровопролитные войны. Поэт клеймит служителей жадности, изыскивает им изощрённые пытки. Отразив в обличениях «жадности» протест нищего, обездоленного люда против стяжательства сильных мира, Данте заглянул в глубь этого порока и увидел в нём знамение своей эпохи.

Люди не всегда были рабами жадности, она — бог нового времени, её породило растущее богатство, жажда обладания им. Она царит в папском дворце, свила себе гнездо в городских республиках, поселилась в феодальных замках. Образ тощей волчицы с раскалённым взором — символ жадности — появляется в «Божественной комедии» с первых её строк и зловещим призраком проходит по всей поэме. На заре нового общества Данте с поразительной прозорливостью различил зло, идущее об руку с буржуазным прогрессом. Гневные слова поэта звучали грозным предостережением грядущему миру буржуазного стяжательства.

По широте охвата действительности, глубине и силе изображения национальной жизни поэма Данте — грандиозный эпос итальянского народа. Недаром Белинский назвал флорентийского поэта «Гомером средневековья», а его поэму «Илиадой средних веков». Но «средневековая Илиада» далека от спокойной объективности классического эпоса — в ней бьёт мощная лирическая струя. Автор «Комедии» повествует о личном, пережитом, выстраданном. Его образ всегда на переднем плане, образ гордого, страстного, мятежного человека, с его многообразным миром чувств: любовью, ненавистью, скорбью, гневом, состраданием.

В «Божественной комедии» поэт «Новой жизни» — первой лирической исповеди в европейской литературе — продолжает рассказ о себе. Но теперь исповедь пишет человек, познавший «позор и славу смертных дел», горькие утраты, унижения бездомного скитальчества. Испытания и годы высекли новые черты на его лице, и оно стало строгим, суровым, величавым.

Суждения Данте о человеке свободны от нетерпимости, догматизма, односторонности схоластического мышления. Поэт шёл не от догмы, а от жизни, и человек у него не абстракция, не схема, как то было у средневековых писателей, а живая личность, сложная и противоречивая. Его грешник может в то же время быть праведником. В «Божественной комедии» немало таких «праведных грешников», и это — самые живые, самые человечные образы поэмы. Они воплотили широкий, истинно гуманный взгляд на людей — взгляд поэта, кому дорого всё человеческое, кто умеет восхищаться силой и свободой личности, пытливостью человеческого ума, кому понятны и жажда земной радости, и муки земной любви.

В «Божественной комедии» Данте достиг того, о чём мечтал всю жизнь, к чему неуклонно шёл от самых ранних своих поэтических опытов. На основе родного тосканского диалекта он создал литературный язык, который стал, как и мечтал Данте, воистину «ячменным хлебом» для тысяч его соотечественников. С любовью и гордостью говорит Данте о языке народа: «Наш высокий народный язык». Поэт впитал его вместе с воздухом родной Флоренции, а учился ему всю жизнь. Учился на улицах и площадях родного города, на рынках — у тосканских крестьян, в ремесленных кварталах — у прядильщиков, шерстобитов, каменщиков, на полях сражений — у солдат-ополченцев Флорентийской коммуны, с которыми отстаивал свободу республики.

Чтобы создать язык, подобный языку «Божественной комедии», нужна была огромная жизненная наблюдательность, проникновенное чувство слова, поэтический опыт, обширные, годами накопленные познания.

Нужна была гениальность Данте, близость с поэтами «сладостного стиля», изучение римских классиков, годы скитаний по родной стране — ничто не пропало даром. «Сладостный стиль» отточил его поэтический слух, научил различать мелодическую и цветовую окраску слова, придал речи лёгкость и гибкость; римские авторы дали логическую структуру, смысловую насыщенность и лаконизм образов. А народная речь напитала поэму живыми соками, горячей кровью. Язык поэмы прост, естествен, полон народных речений, бытовых простонародных слов, обыденных разговорных оборотов. Поэт впервые вводит их в поэтическую речь, и они соседствуют на равных правах с возвышенными поэтическими образами. Всё это придавало стилю поэмы неповторимый отпечаток страны и эпохи и делало ясной и доходчивой самую глубокую, самую сложную мысль.

В одном и том же скупом и жёстком метре терцины он достигает неслыханного разнообразия интонаций. Он ищет звукового выражения темы и добивается того, что стих его передаёт с равной силой и музыку райских сфер, и яростный скрежет ада.

Владея многокрасочной художественной палитрой, обращаясь к чувству и сердцу читателя, поэт умеет остаться сдержанным и лаконичным, никогда не забывает об «узде искусства» («Чистилище», песнь XXXIII), понимая под этим самодисциплину художника. Этому его научили классики, и это стало законом его творчества. Метафора Данте — непревзойдённый по сей день образец точности и лаконизма. В её основе — всегда реальный образ. «Алым кипятком» называет поэт кровавую реку, где варятся тираны, а бушующее пламя, в котором мечутся насильники, — «жгучей вьюгой». Рисуя нижние круги ада, царящий там сумрак, поэт говорит: «там, где лучи молчат».

Столь же просты, конкретны, материальны его поэтические сравнения, всегда почерпнутые из реальной жизни, из мира природы, из быта, из практической трудовой деятельности людей. Поэт обращается к крестьянской жизни и крестьянскому труду, к различным ремёслам и профессиям.

С «овцами в загоне» сравнивает он грешников, сгрудившихся в 4-м кругу чистилища. «Как вол с волом идёт под игом плужным, я шёл близ этой согбенной души», — говорит поэт, описывая свою встречу с Гвидо Гвиницелли, обречённым безостановочно двигаться по кругу чистилища.

Необъятен круг сравнений в «Комедии». В них отразилась жизнь различных областей Италии, её быт, ремёсла, искусство, обычаи, её города и природа. В изображении кущ земного рая жители Равенны узнавали сосновые рощи, опоясавшие их родной город. Обитатели Пьемонта и сегодня совершенно точно знают, как воет «адский Флегетон», потому что поэт сравнил его с водопадом, ниспадающим с Апеннинских высот в Пьемонтскую долину. Он сравнивал мифического гиганта Антея со знаменитой наклонной башней в Болонье, и болонцу представлялся его город, когда он читал это место поэмы.

Выводы

«Комедия», которую Данте писал для народа, стала действительно народной книгой. Ещё не оконченная, она распространялась во множестве списков, песня за песней, по мере того как они создавались поэтом, и народ уже при жизни Данте распевал его терцины.

Образы, речения, афоризмы поэмы навсегда вошли в итальянский язык. И ныне не встретить итальянца, который бы не знал на память целые песни этой поэмы. Традиции Данте живут и поныне в искусстве Италии и помогают прогрессивным писателям и художникам бороться за реализм и народность искусства.

Образ великого поэта живёт в народной притче, легенде, предании. Есть нечто бесконечно трогательное в том, с какой нежностью, заботой и с какой гордостью собирает и хранит итальянский народ каждую крупицу, каждый маленький факт, штришок, деталь, имеющий отношение к личности поэта. В народных рассказах о Данте встаёт он живым и нетленным, встаёт в своём мудром величии и благородной простоте — большой, мужественный человек с горячим, великодушным сердцем, гордый и неподкупный...

Таким он живёт в народе — бессменным другом и советчиком, участником всех его дел, трудов и свершений, страданий и борьбы.

Гневный набат Дантовых терцин звал на подвиг итальянских карбонариев, звучал в сердцах партизан отрядов Гарибальди и вёл борцов Сопротивления на бой с фашизмом. И сегодня чистое пламя его гения борется с мраком, которым силится окутать землю фашизм.

Наследие великого поэта Италии давно стало неотъемлемой частью культуры нашего народа. Глубокие и прочные связи протянулись между нашей страной и родиной Данте. Русскому народу, сражавшемуся против ига царизма, была понятна историческая трагедия Италии, и горячее сочувствие вызывала та борьба, которую веками вёл итальянский народ за независимость своей родины. Лучшие люди России видели в Данте воплощение героического духа Италии. Герцен, Белинский, Добролюбов указывали на творческий подвиг Данте как на пример служения народу и видели в его творчестве высокое проявление народности и реализма. Так оценивали Данте все великие русские писатели от Пушкина до Горького.

Список использованной литературы

1. Абрамсон М. От Данте к Альберти/ Мэри Абрамсон,; Академия Наук СССР. -М.: Наука, 1979. -174 с.

2. Асоян А. Данте и русская литература/ Арам Асоян,. -Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1999. -171 с.

3. Баткин Л. Данте и его время : Поэт и политика/ Л.М. Баткин,; Предисл. В.И. Рутенбурга; Академия Наук СССР. -М.: Наука, 1995. -196 с.

4. Ватсон М. В. Данте: Его жизнь и литературная деятельность : Биографический очерк: С портр. Данте, гравир. в Лейпциге Геданом/ М. В. Ватсон; Худ.Гедан. -СПб.: Тип. Ю.Н.Эрлих, 1992. -72 с.

5. Данте. Боккаччо. Бомарше. Беранже. Золя : Биографические очерки. -Репринт. изд. 1891-1902 гг.. -СПб.: ЛИО "Редактор", 1994. -328 с.

6. Данте Аліг'єрі // Всесвітня література в середніх навчальних закладах України. -2004. -№ 4. - С. 21-22

7. Данте Аліг'єрі (1265 - 1321) // "Тема. На допомогу вчителю зарубіжної літератури". -2000. -№ 3. - С. 69-74

8. Добірка статей присвячених творчості А.Данте // Всесвітня література в середніх навчальних закладах України. -1999. -№ 11. - С. 37-45

9. Доброхотов А. Данте Алигьери/ А. Л. Доброхотов,. -М.: Мысль, 1990. -208 с.

10. Здолавши півшляху життя земного...; . "Божественна комедія" Данте та її українське відлуння/ Перекл. та упоряд. Максим Стріха. -К.: ФАКТ, 2001. -133 с.

11. Мандельштам О.Разговор о Данте/ Осип Мандельштам,; Послесловие Л. Е. Пинского, Примечания А. А. Морозова. -М. : Искусство, 1987. -86 с.

12. Мережковский Д.Данте/ Дмитрий Сергеевич Мережковский,; Дмитрий Мережковский. -Томск: Водолей, 1997. -286 с.

13. Сутуева Т. Данте Алигьери : (К 700-летию со дня рождения)/ Тамара Сутуева,. -М.: Знание, 1995. - 31 с.

14. Франко І. Данте Алігієрі : Характеристика середніх віків: Життя поета і вибір із його поезії/ Іван Франко,; Вступ. стаття І. Басс. -К.: Рад. письменник, 1985. -325 с.

15. Шалагінов Б. Данте Аліг'єрі та його шедевр "Божественна комедія" // Зарубіжна література в школах України. -2006. -№ 10. - С. 8-12.